Могущество, депрессия и демоны

— В Библии о Ниневии говорится: «Горе городу кровей! Весь он полон обмана и убийства; не прекращается в нем грабительство». Насколько справедливым было это высказывание о столице Ассирии? 

— Эта цитата — пророчество о гибели Ниневии из Книги пророка Наума. С библейской точки зрения Ниневия — сердце Ассирии — средоточие зла, источник беспрестанной угрозы как для иудеев, так и для других народов. Ассирийцы воспринимались как коварный и хитрый враг, безжалостный на поле боя. Такой взгляд объясняется, с одной стороны, тем, что Иудея, как вассал, находилась в орбите Ассирии с эпохи Тиглатпаласара III (VIII в. до н. э.), поэтому любые антиассирийские волнения автоматически становились поводом к войне. Кульминационный момент иудейско-ассирийских отношений в этом смысле — кампания Синаххериба (701 г. до н. э.), когда был осажден Иерусалим и разрушен Лахиш, так что о том, как ассирийцы воюют, иудеи знали не понаслышке.

Рельеф из дворца Тиглатпаласара III в Нимруде, изображающий ассирийцев, осаждающих город

С другой стороны, ассирийцы и сами стремились создать себе репутацию жестокого и бескомпромиссного противника, с которым лучше не связываться. Этот образ мы видим и в царских анналах, и на рельефах, украшавших стены ассирийских дворцов в Кальху, Ниневии и Дур-Шаррукине, где ассирийцы не только убивают, но и демонстративно унижают противника, участвуют в пытках и казнях, пересчитывают отрубленные головы и т. д. Все это есть, например, на рельефах из ниневийского дворца Синаххериба со сценами осады Лахиша. При этом не следует забывать, что рельефы не столько документируют реальность, сколько транслируют идеологию. У посетителей дворца утрированные проявления ассирийской жестокости, изображавшиеся на рельефах в мельчайших деталях, должны были складываться в образ силы, которой невозможно противостоять, — лестный для ассирийских элит и устрашающий для вассальных правителей и их послов при ассирийском дворе.

Рельефы из ниневийского дворца Синаххериба со сценами осады Лахиша

При этом из государственной переписки мы знаем, что насилие не было единственным инструментом управления и что ассирийцы едва ли не в большей мере полагались на дипломатические средства урегулирования конфликтов, поэтому короткий ответ на вопрос такой: образ Ассирии в библейской традиции соответствует образу Ассирии, который стремилась создать ассирийская пропаганда, однако образ этот, как и любой пропагандистский продукт, отражает действительность лишь отчасти.  

— Вы рассказываете о параноидальной риторике ранних ассирийских текстов. Они рисуют одинокое государство, окруженное врагами, которые «взяли твой город Ашшур в кольцо зла». Насколько такой взгляд на мир помог или помешал развитию империи? 

— Речь идет об одном тексте — «Молитве царя Тукульти-Нинурты к Ашшуру». Правление Тукульти-Нинурты I пришлось на сложный период, когда ему приходилось бороться одновременно с внешним и внутренним врагом: на востоке Вавилония, которую ему удалось завоевать, оставалась неспокойной, хетты наступали с запада, его собственные элиты относились к нему с недоверием, и чтобы ослабить напряжение он даже перенес свою резиденцию из Ашшура, что, впрочем, не помогло — его свергли заговорщики. Все это наложило отпечаток на его личность, что видно и по паранойяльному тону текста, и по жалобам на то, что его правление не воспринимается завоеванными народами, прежде всего Вавилонией, как благо. Этот текст, обращенный к Ашшуру, написан в попытке понять, почему на Тукульти-Нинурту обращено столько ненависти, хотя он, как он сам полагает, действует в строгом соответствии с тем, как должен вести себя царь Ассирии. Главное, чему могли на его примере научиться другие ассирийские цари, — внимательно следить за тем, чтобы не пересечь черту, за которой начинается божественный гнев и человеческая ненависть.

Можно сказать, что урок был в целом усвоен: наследники Тукульти-Нинурты старались не полагаться только на грубую силу, сочетая ее с дипломатией и политическими интригами. Именно поэтому за историей этого периода так увлекательно следить. 

— Вы упоминаете, что один из последних царей Асархаддон был подвержен депрессии. По каким признакам мы можем судить о психическом состоянии людей, живших за тысячелетия до нас, и как с душевными расстройствами справлялись в древние времена? 

— Судить об этом мы можем только в ограниченной степени и только по текстам. Иногда состояние может выдавать жест. Так, например, в надписи Ашшурбанапала говорится о посланниках эламского царя Теуммана, которых охватило безумие, когда они увидели отрубленную голову своего господина: один стал рвать на себе бороду, а другой пытался заколоться кинжалом. Термин для безумия в этом тексте похож на наш — šanê ṭēmi, что буквально переводится как «изменение сознания».

Стела Асархаддона, 670 г. до н. э.

Если человек начинал вести себя странно, считалось, что он прогневил бога и из-за этого его атаковал демон или дух умершего. Об этом мы знаем из так называемых диагностических текстов, где описывается комплекс симптомов, собственно диагноз и прогноз относительно того, выживет пациент или нет. В ряде случаев описываются нарушения когнитивных и речевых функций, галлюцинации, беспричинный необъяснимый страх, ночные кошмары и тому подобные состояния. Облегчить их можно обратившись к специалисту, который проведет ритуал и прочтет необходимые заклинания. При этом примерно в половине случаев за описанием симптомов следует негативный прогноз — «пациент умрет». Древние заклинатели не были склонны переоценивать свои силы в борьбе с потусторонними силами.

— Один из таких демонов Пазузу стал главным героем фильма «Изгоняющий дьявола» (1973), часть которого была снята на территории бывшей Ассирии. Насколько фильм отражает ассирийскую мифологию? 

— Насколько я помню, Пазузу в этом фильме используется как образ древнего зла, которое вселяется в маленькую девочку. В месопотамской демонологии Пазузу обладает двойственной природой. С одной стороны, он — персонификация злого Южного ветра, а с другой — демон, способный отпугивать других, в первую очередь Ламашту, которая охотилась на младенцев и беременных женщин.

Кадр из фильма «Изгоняющий дьявола», 1973 г.

Статуэтки Пазузу и амулеты с его изображением были очень популярны в качестве апотропеев — предметов, отгоняющих зло. Фильм, кстати, начинается с находки как раз такого предмета — глиняной головы Пазузу, которую древние ассирийцы и вавилоняне использовали как магическую защиту от зла. Получается, что в кино всё наоборот: голова не оберег, а предмет, пробуждающий Пазузу, который затем вселяется в ребенка, то есть делает как раз то, от чего он, по представлениям древних ассирийцев и вавилонян, должен был бы его защитить.

Легендарные сады, магия бороды и новейшие археологические открытия

— Существовали ли легендарные Висячие сады Семирамиды — одно из семи чудес античного мира?

— Это очень запутанная история. В Античности сформировались две мифоисторические традиции, связанные с садами. Та, что отражена у Иосифа Флавия, восходит к утраченному труду вавилонского жреца Бероса, жившего в III в. до н. э. и связывает сады с именем Навуходоносора II (VI в. до н. э.), который построил их для своей жены-мидянки, чтобы она не так сильно тосковала по зеленым холмам своей родины.

«Висячие сады Семирамиды», Фердинанд Кнаб, 1886 г.

В другой традиции, представленной Диодором, сады ассоциированы с легендарной царицей Ассирии Семирамидой, которая после смерти своего мужа Нина, основателя Ниневии, приняла власть, значительно расширила державу и начала масштабное строительство в разных частях страны, в том числе в Вавилоне. Описание вавилонских садов у Диодора — наиболее подробное из известных. Он упоминает ступенчато расположенные каменные галереи, на чьих сводах, засыпанных сверху землей, посажены деревья, воду для которых доставляет специальный механизм.

«Висячие сады Семирамиды», Херманн Вальдек, 1900 г.

Данные письменных источников при этом не подтверждают существование садов в Вавилоне эпохи Навуходоносора, несмотря на то что от этого времени до нас дошли десятки тысяч текстов. Более того, Вавилон VI–V вв. до н. э. хорошо изучен археологически, но никаких следов постройки, которую можно было бы связать с садами, до сих пор не обнаружено.  

«Навухудоносор», Уильям Блейк, 1795 г.

Ассирийская линия в этом смысле выглядит более перспективной: Синаххериб, усилиями которого Ниневия превратилась в один из наиболее красивых и благоустроенных городов своего времени, пишет о создании садов и парков с экзотическими деревьями, для которых была придумана специальная оросительная система. Он даже приписывает себе изобретение принципиально нового водоподъемного механизма — вероятно, прототипа архимедова винта. Более того, на одном из рельефов из ниневийского дворца Ашшурбанапала, сына Синаххериба, изображен один из таких садов, с террасами, акведуком и оросительными каналами, сопоставимыми с описанием садов у Диодора. Поэтому да, сады такого типа существовали, но не в Вавилоне эпохи Навуходоносора, а в Ниневии эпохи Синаххериба и Ашшурбанапала.

— А что из зданий древней Ассирии дошло до наших дней? Куда можно съездить, чтобы познакомиться с архитектурой древней цивилизации? 

— Месопотамии в этом смысле повезло куда меньше, чем, например, Египту: ассирийских памятников, сопоставимых по сохранности с памятниками Гизы или Луксора, просто не существует. Руины древних ассирийских столиц сегодня — это буквальное воплощение формулы Бродского «архитектура, мать развалин, завидующая облакам»: там, где раньше высились дворцы и храмы, сегодня можно увидеть только частично расчищенные фундаменты или основания стен древних зданий, реже — реконструированные сооружения (части городской стены, ворота). Из-за нестабильной ситуации в регионе некоторые памятники, такие как Нимруд (древняя Кальху, столица Ашшурнацирапала II), были частично уничтожены.

Нимруд

Парадоксальным образом посещение Британского музея или Лувра в плане ознакомления с ассирийской архитектурой может дать больше, чем поездка в Ирак. Музейные залы с ассирийскими рельефами не только позволяют увидеть изображения ассирийских дворцов, садов и городских стен, но и дают возможность почувствовать масштаб дворцовых залов, которые они некогда украшали.

— Посетителю музея бросается в глаза, что у всех ассирийских скульптур длинные бороды. Значит ли это, что борода обладала для жителей Ассирии каким-то особым значением? 

— Ассирийские дворцовые рельефы создавались с большим вниманием к деталям. Бороды в этом смысле не исключение: по тому, какую она имеет длину и как уложена, можно судить о том, к какому народу принадлежит ее обладатель, и о его социальном статусе. Так, представители ассирийской элиты обычно изображались с длинной, густой, искусно уложенной бородой. В отличие от египтян ассирийцы не использовали накладные бороды, поэтому можно только гадать, сколько времени могло уходить на такую укладку. На рельефах в сценах с несколькими участниками самая длинная борода обычно у царя, затем у его приближенных. Иноземцы изображались с еще более короткой бородой, уложенной так, как это принято в их стране. В некоторых текстах говорится о том, что иноземные цари «метут пол своей бородой» перед ассирийским царем, что интерпретируется как жест, выражающий полное подчинение.

Рельеф с воинами

Отсутствие бороды тоже служило маркером, указывающим, однако, не на социальное положение, а на особый статус или функцию. Безбородыми были евнухи, которые, таким образом, мгновенно опознавались в толпе придворных как люди, наиболее приближенные к царю, и жрецы, для которых отсутствие бороды было символом ритуальной чистоты, необходимой при проведении обрядов.   

— В последней главе вы рассказываете о раскопках в Ассирии, которые продолжались вплоть до XX века. Идут ли они в наши дни и были ли сделаны важные открытия?

— Сейчас археологические работы возобновились на территории всех древних ассирийских столиц — Ниневии, Кальху, Дур-Шаррукина, Ашшура. Они направлены отчасти на реставрацию и восстановление того, что было повреждено в ходе военных действий последних десятилетий (Ниневия, Кальху), отчасти на уточнение и расширение уже известного археологического контекста (Дур-Шаррукин, Ашшур). Вместе с тем в последние годы были и громкие находки: серия рельефов, обнаруженная в 2017 году при раскопках дворца Саргона II в Хорсабаде (Дур-Шаррукин), или новый рельеф с изображением царя и божеств, найденный в руинах дворца Синаххериба в Ниневии в 2022-м.

Рельеф, найденный в 2022 г.

Ведутся исследования системы водоснабжения Ниневии, в центре которой построенный Синаххерибом грандиозный Джерванский акведук: к настоящему моменту реконструирована вся сеть каналов и инженерных сооружений, по которым вода поступала из горных областей к северу от города через Джерван, Хиннис и Бавиан. Именно благодаря этой сети Ниневия эпохи Синаххериба могла позволить себе многочисленные сады и парки.