06 Мая 2024
Поделиться:

Красной Шапочке не повезло: Ася Демишкевич о жути 18+

Почему сказки создавались для взрослых, как они связаны с хоррорами и причем тут обряды инициации? Ася Демишкевич, автор романа «Раз мальчишка, два мальчишка», раскладывает все по полочкам и объясняет, какую роль былички играют в ее романе.

 

Сказка — это страшно

 

Сразу хотела бы сказать, что сказка стала восприниматься как детский жанр сравнительно недавно, в 19 веке, тогда же, когда появился феномен детства. До этого детства в нашем сегодняшнем понимании не было: дети были уменьшенными взрослыми и ничего специального для них не придумывали — ни одежды, ни времяпрепровождения, ни сказок. Поэтому, когда я слышу, что сказка — это милая, детская, простенькая история, у меня начинает дергаться глаз. Потому что даже от переработанных привычных нам в детстве сказок веяло невообразимой жутью.

Сказка — это во многом способ взаимодействия с существующими в обществе страхами и проживание их. Она возникает там, где у общества есть какая-то болевая точка, которую нужно прожить-проговорить, и далеко не всегда такая история заканчивается хорошо. Гораздо чаще заканчивается как-то очень сомнительно или плохо. Например, в недетской версии волк съедает Красную Шапочку, и никто ее не спасает.

Мальчик-с-пальчик, брошенный родителями вместе с братьями в лесу на верную смерть, возвращается домой, и дальше они живут как ни в чем не бывало. И даже Колобок заканчивает свои дни плачевно. Про Синюю Бороду я сейчас даже не хочу вспоминать. Все это довольно неоднозначные и жуткие сюжеты.

Сказка — это вообще страшно, и мне нравится думать, что сказки — это наши первые хорроры. Такое особое место, где ты можешь прожить свои страхи в безопасном пространстве.

Жуть в романе «Раз мальчишка, два мальчишка»

 

Когда я писала «Раз мальчишка, два мальчишка», то не опиралась на какие-то конкретные сказочные сюжеты. Скорее на их устройство. Несмотря на то что в тексте много сказочных элементов, он работает скорее не как сказка, или не только как сказка, а как обряд перехода, или инициации. Инициация — это прощание со своим прежним статусом, пребывание в некотором лиминальном пространстве (испытание) и возвращение в мир в новом статусе.

Типичные обряды перехода — это свадьбы, похороны, рождения, рекрутские обряды. Переход, или инициация, — это всегда больно и страшно.

В «Раз мальчишка, два мальчишка» главный герой, 13-летний мальчик Андрей, прощается со своим статусом ребенка и прибывает в некоторое переходное пространство (армейский лагерь на краю леса), такие пространства заброшены, изолированы и призваны испытать человека. Если Андрей переживет испытания, то он должен вырасти, превратиться из мальчика в мужчину. Однако испытания оказываются настолько невыносимыми, что, пройдя их, Андрей... (а дальше узнаете из книги. — Примеч. ред.).

Что касается вставных сказок, которые рассказывают другие герои книги, то здесь они тесно переплетаются с быличками — это истории о современной для рассказчика жизни, которые произошли с ним или его знакомыми. Например, истории о встречах с духами, покойниками, о проклятьях и разных странных событиях.

Мои любимые сказки — это киноинтерпретация чешского фольклора, фильм «Букет» (2000). Его я всегда всем советую вместе с монографией Светланы Борисовны Адоньевой «Прагматика фольклора» и книгой Арнольда ван Геннепа «Обряды перехода».

Книги автора

Новинка
Раз мальчишка, два мальчишка

Рубрики

Серии

Разделы

Издательство