13 Сентября 2021
Поделиться:

Купание в Ничто: Юрий Мамлеев и Южинский кружок

Южинский, или мамлеевский кружок, — литературное и оккультное андеграундное собрание, появившееся в 60-х гг. прошлого века. Его участники представляли собой цвет московской подпольной богемы, чьи духовные поиски и идеи шли в противовес советской идеологии. Вдохновителем кружка стал Юрий Мамлеев, родоначальник и признанный мастер метафизического реализма. В нашем материале мы расскажем о жизни андеграундного кружка, а также о литературных работах его лидера.

В 60-х гг. прошлого столетия в курилке Библиотеки им. В.И. Ленина зародилось литературное и оккультное андеграундное собрание — так называемый Южинский кружок. Название это отсылает нас к Южинскому переулку в Москве (ныне Большой Палашёвский переулок), где в двух крошечных комнатах барачной коммуналки жил Юрий Витальевич Мамлеев — основатель жанра метафизического реализма. Именно здесь, на втором этаже, в конце длинного коммунального коридора, собирался цвет московской подпольной богемы. Мамлеев был вдохновителем и идейным лидером группы. После эмиграции писателя его место занял Евгений Головин. Члены Южинского кружка (среди которых в разные годы были Гейдар Джемаль, Венедикт Ерофеев, Генрих Сапгир, Александр Дугин, Александр Ф. Скляр, Владимир Пятницкий) — прототипы самого «документального» романа Мамлеева — «Московский гамбит», рассказывающего как раз об этих собраниях. А Головин к тому же изображен в романе «Шатуны» в образе Анатолия Падова, который «жил саморазрушением, нередко смешанным с безумным страхом перед загробной жизнью и потусторонним». Евгений Головин имел доступ в отделы специального хранения московских библиотек и владел несколькими языками, что позволило ему изучать книги по оккультизму и восточной философии, которые, конечно, не одобрялись советской идеологией.

Главной особенностью атмосферы Южинского кружка было царящее там чувство свободы, шедшее в противовес официальному искусству. Здесь можно было говорить всё и обо всём, и это не могло не рождать радикальные мысли и ощущение вседозволенности. Южинцы пытались «заглянуть за черту», пересечь границу между жизнью и смертью, между разными мирами. Смерть воспринималась как «метафизический конец прошлого» (Ю. Мамлеев), а постоянное испытание себя на прочность, подведение к некоему пределу составляли суть богемного существования. Это был период богоискательства и странных и страшных экспериментов над собой. По воспоминаниям членов кружка, однажды художник Владимир Пятницкий (его работы дизайнер Андрей Бондаренко использовал для оформления серии книг Мамлеева) набрал в шприц воды из лужи и ввел себе в вену, удивительным образом не пострадав при этом.

Гейдар Джемаль называл эти собрания «шизоидным интеллектуальным подпольем», легкое безумие их участников считалось крайне желательным для обретения метафизического катарсиса. Мамлеев был Главным Психиатром Богемы: «В этой среде жизнь и метафизика означали одно и то же; жить значило пропитать своим потусторонним видимую жизнь» (роман «Шатуны»).

В период атеизма как государственной идеологии южинцы находились в постоянных духовных исканиях, которые Мамлеев определял как «купание в Ничто». В попытках обрести традицию и вернуться к истокам на собраниях обсуждали основы мировых религий: веданту и адвайта-веданту, учения Майстера Экхарта и Климента Александрийского. Опираясь на эти тексты, члены кружка пытались выйти за пределы бытового, ординарного, атеистического сознания.

Николай Климонтович, который вошел в кружок уже в последние годы его существования, писал в мемуарах: «Южинский кружок исповедовал всяческий эзотеризм — каббалу вперемежку с оккультизмом, эротический мистицизм с учениями стоиков и пифагорейцев, неоплатонизм и антропософию, короче, всё, что могло служить более или менее прочной оградой между южинцами и простыми замороченными советскими интеллигентами».

Познакомиться с художественным миром Юрия Мамлеева можно в его авторской серии, которую выпускает «Альпина. Проза».

Шатуны

«Шатуны» — гротескный андеграундный роман, написанный в 60-х гг. прошлого столетия и долгое время не имевший шансов быть напечатанным в СССР. Это сюрреалистическое, нуарное и метафизическое изображение духовной и физической энтропии. Видимый мир — иллюзия и царство смерти, духовные искания в котором оборачиваются одержимостью. Это литература конца света, исследующая черные дыры и бездны, открывающиеся в человеческих душах. «Шатуны», по определению самого Юрия Мамлеева, это роман-загадка.

В оформлении обложки использован фрагмент работы художника А. Демыкина «Поезд», 1967 г.

Мир и хохот

В прозе Мамлеева мистика прочно сплетена с реальностью. Герой романа «Мир и хохот» бесследно исчезает, оставив после себя только отражение в зеркале. Отправившимся на поиски друзьям предстоит столкнуться с тайными организациями, встретиться с ожившими мертвецами и людьми-монстрами. Непознанное и непознаваемое хохочет над миром и людьми, сон и явь сливаются воедино.

«Жизнь — насмешка неба над землей», — говорил сам писатель.

В оформлении обложки использован фрагмент работы художника В. Пятницкого «Символ чистоты», 1973 г.

Блуждающее время

Юрий Мамлеев — родоначальник и признанный мастер жанра метафизического реализма. Его проза — удивительный сплав гротеска и глубокой философичности, шокирующие тексты с элементами мистики. Его мир — мир гротескный и фантастический, населенный странными и страшными людьми.

«Блуждающее время» — роман о столкновении человека с новой для него реальностью, которая объединяет в себе и развитие науки, продвижение вглубь Вселенной, и возвращение к традиции индийских эпосов. Это авантюрный роман об исканиях новой московской интеллигенции, путешествующей во времени и обретающей «за-смертный» покой.

В оформлении обложки использован фрагмент работы художника В. Пятницкого «Разговор», 1958 г.

Московский гамбит

«Московский гамбит» написан в эмиграции и повествует о реальных событиях 1960–1970-х гг. Это роман об андеграундной неофициальной культуре — легендарном Южинском кружке и некоторых других центрах московской литературы и метафизики того времени. Роман о времени и о себе, а также о людях, которые вопреки официальной идеологии стремились к запредельному и бесконечному.

В оформлении обложки использован фрагмент работы художника В. Пятницкого.

Осенью 2021 г. также выйдут роман «Другой» и повесть «Крылья ужаса» с рассказами.

Рубрики

Серии

Раздзелы

Издательство