Чародейство и чернокнижие в Новгороде

Преподобный Иосиф Волоцкий в «Сказании о новоявившейся ереси» писал: «И на площадях, и в домах спорили о вере и сомневались. Такое возникло смятение среди христиан, какого не бывало с той поры, как воссияло в Русской земле солнце благочестия».

По легенде, ересь появилась сначала в Новгороде. Якобы в 1470-м году, незадолго до падения республики, из Литвы прибыл некий ученый иудей по имени Схария (Захария). «…И был он орудием диавола — был он обучен всякому злодейскому изобретению: чародейству и чернокнижию, звездочетству и астрологии», — рассказывает Иосиф Волоцкий. Захария совратил во лжеучение протопопов Дениса и Алексея, которые распространили ересь в Новгороде.

Иосиф Волоцкий пишет труд против новгородской ереси, Лицевой летописный свод, XVI в.

В существовании двух священников нет сомнений — исторические документы отражают, что после захвата Новгорода в 1478 году Иван III переманил их в Москву и назначил настоятелями Успенского и Архангельского монастырей. А вот с источником ереси Захарией все не так однозначно.

«Коварный еврей, причем чернокнижник, причем прибывший из вражеского края, причем моментально приобретающий адептов в среде новгородского духовенства, — право, в настолько удобной фигуре злодея есть что-то карикатурное, вернее, комиксовое», — пишет Сергей Ходнев.

Посвящение Геннадия в епископы новгородские. Лицевой летописный свод, XVI в.

Впервые о ереси в покоренном Новгороде заговорил архиепископ Геннадий, прибывший туда по велению Ивана III в 1484 году. Он писал не только о местных нечестивых священниках, но и о том, что зараза успела проникнуть в Москву.

Еретики в столице

Архиепископ Геннадий писал о том, что в ближайшем окружении Ивана III скрываются безбожники, в том числе Федор Курицын, интеллектуальная звезда московского двора. В наши дни этот боярин известен в первую очередь как автор «Сказания о Дракуле-воеводе», пугающего и отчасти комического жизнеописания Влада Цепеша.

Страница из «Сказания о Дракуле-воеводе»

«Как-то обедал Дракула среди трупов, посаженных на кол, много их было вокруг стола его, он же ел среди них и в том находил удовольствие. Но слуга его, подававший ему яства, не мог терпеть смрада и заткнул нос и отвернулся. Тот же спроси его: “Что ты делаешь?” А он отвечал: “Государь, не могу вынести этого смрада”. Дракула тотчас же велел посадить его на кол, говоря: “Там ты будешь сидеть высоко, и смраду до тебя будет далеко!”»

Поговаривали, что Курицын и придворные что-то замышляют. Якобы они организовали подпольный шаббат в Кремле, стали распространять иудаизм — и получили за это прозвище «жидовствующие». Считалось, что группа бояр надоумила Ивана III признать наследником своего внука от первой жены, Дмитрия Ивановича, и обладает теневой властью в Древнерусском государстве.

Предполагаемое изображение Дмитрия Ивановича Внука

В 1504 году собор произнес окончательное и полное осуждение вероотступников. С одобрения дряхлого и больного Ивана III главных московских еретиков казнили. Федор Курицын по неизвестным причинам куда-то исчез, и вместо него казнили его брата.

«Что все это такое было — решительно непонятно, сплошная ловля черной кошки в темной комнате. Мы даже не можем быть уверены, что еретики в Новгороде и Москве разделяли какую-то единую повестку дня», — пишет Сергей Ходнев. В Новгороде в ереси обвинялись священники, в Москве аристократы — и доказательств вероотступничества тех или других так и не было предоставлено.

После конца света

Возможно, к теориям заговора подталкивали катастрофические настроения накануне 1490-х годов. По византийскому календарю 1492 год от Рождества Христова был также 7000‑м от Сотворения мира. С началом «осьмой тысящи» ждали Второго пришествия.

После наступления 1492 года, который вопреки опасениям не стал последним в истории, о новгородско-московской ереси «жидовствующих» забыли. Однако из-за этого конфликта отношения между церковью и Иваном III стали натянутыми.

Казнь московских еретиков. Лицевой летописный свод, XVI в.

«Нападки на предполагаемых еретиков, осуждавших-де монашество и церковные богатства, были не очень скрытой угрозой Державному, который вынашивал планы секуляризации монастырских и епархиальных земель», — пишет Сергей Ходнев.

Секуляризация — слияние религии и власти — в Российском государстве замедлилась вплоть до XVIII века и реформ Екатерины II.