«Он ценил общение с молодыми слушателями»

— Лингвист Илья Иткин в предисловии пишет, что Андрей Анатольевич едва ли не больше любил читать университетские курсы и открытые лекции, чем выступать перед коллегами. Почему, как вам кажется, ему было так важно разговаривать с самой широкой аудиторией?

— Илья Борисович это правильно это подметил. Точнее я бы сказала так: Андрей Анатольевич действительно относительно редко участвовал в научных конференциях, в жанре выступлений по 20 минут плюс 5 минут на вопросы; он предпочитал лекции, в которых можно достаточно полно изложить сюжет и получить полноценную реакцию слушателей.

Фото: Екатерина Стецко / Ведомости

И особенно он ценил общение с молодыми слушателями, обладающими не столько профессиональными знаниями, сколько живым умом и интересом, — которым он может передать свое знание.

— Многие знают Андрея Анатольевича как великого ученого, но в этих лекциях он предстает еще и блестящим популяризатором. Как ему удавалось объяснять сложные вещи?

— Это был один из его талантов: уметь объяснить сложные вещи простым языком, при этом нисколько не искажая и не упрощая проблему; более того, подвести слушателей к тому, чтобы они сами нашли ответ на вопрос. В течение одной лекции рассказать про структуру другого языка столько и так, что у слушателей возникает ощущение, что они сами могут прочесть текст на этом языке.

— Он тщательно готовился к таким лекциям или многое рождалось уже в диалоге  с аудиторией?

— И то, и другое. Да, он тщательно готовился к этим лекциям: выбирал тему и составлял конспект. Но по ходу лекции конечно многое рождалось спонтанно, в общении со слушателями.

«Я тоже у него училась»

— Как появилась идея собрать школьные лекции в отдельную книгу именно сейчас? 

— Эта идея была очевидна, она появилась еще при жизни автора; аудиозаписи лекций были расшифрованы и размещены в интернете. Издание этих лекций в виде книги (с комментариями, иллюстрациями, указателями и так далее) — это была отдельная большая работа, продолжавшаяся несколько лет. 

— Что оказалось самым сложным при подготовке этого издания?

— Сложности были в основном технические, связанные с передачей на письме устной речи: как передавать произношение, в какой форме (орфографической или в транскрипции) писать обсуждаемые слова разных языков, как передавать диалоги со слушателями и тому подобное.

Фото: Правмир

— Когда вы перечитывали и готовили эти тексты к публикации, были ли моменты, которые особенно тронули или удивили вас?

— Да, конечно, все эти сюжеты — это и моя жизнь, я же тоже у него училась, и не только на лекциях. Как из непрозрачной оболочки какого-нибудь слова (заимствованного арабского или даже русского) проступает все объясняющая его структура, и оно становится прозрачным — это каждый раз чудо, которое не может не трогать и не удивлять.